Радио Визави Тула
               
 

НОВОСТИ


 
Вход | Регистрация
В онлайне - 1
Гостей - 1
Авторизирован. - 0:

 

Новость часа


 

Тульская афиша


 

Музыка на Визави


 

 

ИОГАННЕС БРАМС, часть 3

Замечательная элегическая, сердечная мелодия, с которой начинается первая часть, ее главная партия. Сотканная из любимых интервалов Брамса терций и секст, она, как пишут исследователи, напоминает его романс «О, если б знал я путь назад».

Постепенно мягкое, задушевное повествование, в котором доминируют струнные инструменты, становится все более взволнованным, напряженным и приводит к энергичному, призывному мотиву деревянных духовых. Его суровый, тревожный характер контрастно оттеняет лирическую, песенную побочную тему. Необычайную теплоту, задушевность, широкое дыхание ей придает звучание виолончелей, удвоенных валторнами. Повторяясь у скрипок, она приобретает более страстное, экспрессивное звучание.

Непрерывный музыкальный поток приводит к разработке, начало которой очень похоже на начало экспозиции. Однако затем следует подлинно разработочное развитие тем, с использованием приемов и методов, которые сложились в сонатносимфонических циклах венских классиков. Речь идет о вычленении отдельных мотивов, их секвенционных и имитационных повторениях, модулировании в далекие тональности и т.д. Репризу же и коду отличает монументальное, грандиозное звучание главной партии, приобретающей здесь трагический характер. Свободные переходы от одного состояния к другому, внутренняя изменчивость образов, трансформация камерных, элегических тем в монументальные, трагические таковы основополагающие принципы симфонической драматургии Брамса, которые необычайно ярко и убедительно раскрылись в первой части симфонии. Ее вторая часть не менее типичный для композитора образец философской лирики. И в ней, как и в первой части симфонии, темы главной и побочной партий (Брамс использует здесь уже встречавшуюся нам прежде сонатную форму без разработки) не контрастируют друг с другом. Обе они задумчивы, созерцательны и передают состояние глубокого, сосредоточенного размышления.

А вот третья часть вносит яркий контраст, ибо вводит слушателя в атмосферу оживленной жанровой сцены. Стремительная, энергичная, изобилующая резкими акцентами тема главной партии сменяется грациозной, окрашенной мягким юмором побочной.

Тем неожиданнее воспринимается начало финала суровая, неумолимая аккордовая тема духовых инструментов, воскрешающая в памяти жанр хорала. В построенных на ее основе тридцати двух вариациях она появляется в разных голосах, но чаще всего в басу, что характерно для другого старинного жанра пассакальи. Поразительно то мастерство, с которым Брамс добивается свободного развития, стирающего грани между вариациями. В едином музыкальном потоке отчаяние и надежда, мольба и гнев, смирение и порыв непрерывно сменяют друг друга. Но все же драматическое начало одерживает верх, и в конце симфонии звучание достигает грандиозной кульминации, исполненной трагического пафоса.

По своему глубочайшему содержанию, по необычайной одухотворенности Четвертая симфония стоит в одном ряду с такими сочинениями Брамса, как «Немецкий реквием» и «Песнь судьбы», Скрипичный и оба фортепианных концерта. Произведениям этим присуще редкое даже в шедеврах мировой музыкальной культуры сочетание романтического, поэмного склада, свободного импровизационного развития, но вместе с тем железной логики, строжайшей дисциплины мышления и четкой, классической формы.

Размышляя об историческом смысле творчества Брамса, Е.М.Царева, на чей труд нам уже приходилось ссылаться, приходит к выводу, что он «определялся как необходимое противоположение вагнеровскому пути, как утверждение способности музыки к самостоятельному, вне союза с драмой или литературнофилософской программой, выражению идей эпохи. В вагнеровском варианте путь к музыке шел от идеи преобразования мира, от воплощения литературных и философских концепций. В брамсовском от требований музыкальной практики, от осознания языка музыки как самостоятельного, самоценного средства высказывания. Сейчас мы понимаем, что оба пути были одинаково естественными и почвенными для немецкой музыки. Но во второй половине XIX века они казались антагонистическими, что и приводило к постоянным «баталиям», кстати, способствовавшим в конечном счете интенсивному развитию музыкального искусства в целом».



Рекомендуем:

©  Радио "Визави" ООО "Приток"

Разработка, поддержка, программное обеспечение: "СВ-Дизайн"

Сайт работает на m3.Сайт /версия CPU.0.1/